Интервью
Александра Булгакова

«Экспозиция Инны Олевской – это диалог со зрителем»

Мастер только предлагает своё чувство и видение Петербурга.

В здании Главного штаба Эрмитаж в 2023 году открылась постоянная экспозиция «Фарфоровая пластика Инны Олевской», организованная при поддержке ПАО «Газпром» и участии Императорского фарфорового завода (ИФЗ). Посетители музея могут познакомиться со знаковыми произведениями выдающегося скульптора и художника по росписи фарфора: многофигурной композицией «Гений и Злодейство — две вещи несовместные» и другими яркими шедеврами – JACO PASTORIUS и «Путешествие в прошлое». 

Екатерина Хмельницкая, доктор искусствоведения, ведущий научный сотрудник Государственного Эрмитажа и хранитель коллекции русского фарфора и керамики, рассказала редакции «Друзей Петербурга», как развивалось производство фарфора в России и почему работы Инны Олевской так значимы для отечественного искусства.

Фарфор — существенная часть историко-культурного достояния России. Как этот вид искусства пришёл в нашу страну?

История искусства европейского фарфора началась в XVIII веке. Секрет изготовления в Европе «белого золота царей», как тогда называли этот материал, открыли в Германии, в Мейсене.

В России пытались узнать рецептуру порцелина ещё при Петре I. Но только во время царствования Елизаветы Петровны русский учёный Дмитрий Виноградов понял, как сделать фарфор из материалов, которые можно добыть в нашей стране. 

В 1744 году был основан старейший в России фарфоровый завод. Эта дата считается началом развития отечественного искусства фарфора.

Почему в нашей стране фарфор ассоциируется именно с петербургской эстетикой и аристократией?

Русский фарфор прежде всего связывают с Императорским фарфоровым заводом. Это старейшее производство в России, которое в дореволюционный период принадлежало царской семье: предприятие не стремилось к финансовой выгоде и изготавливало элитарные, высокохудожественные произведения искусства. 

На протяжении XVIII–начала XX веков изделия Придворной мануфактуры почти никогда не продавали, существовала традиция Высочайших Поднесений. Нередко императорский фарфор становился предметом подражания для частных заводов нашей страны, поскольку именно на нашем заводе создавался исключительный по художественным и техническим характеристикам фарфор.

Поэтому русский фарфор часто отождествляют именно с императорским фарфором, который уже несколько веков производится в Петербурге.

Фарфоровое искусство разделяют на скульптурное направление и живописное. Есть ли специалисты, которые владеют обоими видами мастерства?

Исторически сложилось, что скульпторы работают в одной части завода, а художники — в другой. Однако Инна Соломоновна Олевская, чьи произведения представлены в Главном штабе, была одним из тех редких мастеров, который совмещал в себе таланты скульптора и художника. 

Она сама создавала модели в пластилине и превращала их в фарфоровые изделия. Умела она и писать фарфоровыми красками — работала в специфической и сложной технике.

Работы художницы Инны Олевской можно было увидеть в Эрмитаже в 2017 году на персональной выставке. В прошлом марте открылась постоянная экспозиция «Фарфоровая пластика Инны Олевской». А часто ли в музей поступают предметы современного искусства фарфора?

Каждый декабрь Эрмитаж совместно с АО «Императорский фарфоровый завод» открывает выставку фарфора из цикла «Поднесение к Рождеству», которая продолжает традицию Высочайших поднесений. После каждой такой выставки завод преподносит в дар музею один экспонат. 

Именно так мы получили две лучшие работы Инны Олевской, представленные на экспозиции. Современный фарфор поступает в Эрмитаж не так часто, а появление многофигурной композиции «Гений и злодейство ‒ две вещи несовместные» стало большим событием.

Композиция «Гений и злодейство» действительно поражает масштабностью. Фарфоровый ансамбль напоминает театральную постановку. Какие философские искания художницы можно увидеть в композиции?
Для подготовленного зрителя здесь есть узнаваемые образы: Моцарт и Сальери, Пушкин и Дантес. Херувимы и ангелы скорби венчают постаменты и шпили: автор отсылает нас к символам Петербурга ‒ Петропавловской крепости и Александровской колонне.

Мастер ведёт диалог со зрителем и только предлагает своё чувство и видение Петербурга. Для художницы город связан с литературой, искусством, поэзией. 

В середине композиции ‒ крупная фигура Музы, украшенная позолоченными элементами. Почему её образ находится в центре?

Инна Олевская работала над этой скульптурой много лет. Сначала не знала, что получится: Муза поначалу была маленькой, но становилась всё больше. На заводе даже не сразу нашлись мощности и ресурсы, чтобы обжечь такое объёмное произведение. 

Скульптура богини была символом и талисманом для Инны Олевской. Художница хранила её у себя дома и по-разному наряжала: меняла украшения, расположение позолоченных цветов и перекладывала мандолину. Именно вокруг фигуры Музы выстраивались арфы, крылья и скульптуры ангелов. В итоге получилась многоплановая композиция «Гений и злодейство ‒ две вещи несовместные».

Инну Олевскую интересовал пластический потенциал фарфора, его фактура. Что именно художница хотела получить от материала?

Для Инны Соломоновны фактура ‒ это способ воплотить изначальную идею и философский замысел. Обратимся к композиции «Гений и злодейство ‒ две вещи несовместные». Здесь проработаны все складки, детали, даже фаланги пальцев. Художница добивалась точности и совершенства. 

Для Инны Олевской Петербург был многоликим, философским, думающим, литературным. Эти многоплановые наслоения ‒ суть её творчества. 

Беседовала Александра Булгакова