«У нас спасённые животные проживают свою лучшую жизнь»
Вторая жизнь диких кошек: радости и проблемы обитателей «Дома тигра»
В посёлке Заводской в Выборгском районе Ленинградской области третий год работает приют «Дом Тигра» – единственное в стране ветеринарное учреждение для диких кошек. Сюда привозят со всей России животных, которые по разным причинам получили травмы, пострадали от жестокого обращения или попросту состарились и оказались не нужны обычным зоопаркам. Пристанище здесь нашла и маленькая львица Победа, привезённая из Донецка и ставшая подопечной компании «Газпром».

Приют не только помогает большим кошкам жить в комфорте и безопасности, но и ведёт учебно-просветительскую работу по защите животных. В конце 2024 года проект наградили премией издания «Фонтанка.ру» «Признание и влияние» в номинации «Сервис для животных».

1 марта в России отмечается День кошек, поэтому редакция «Друзей Петербурга» встретилась с соосновательницей приюта Яной Олейник и расспросила её о миссии проекта и проблемах, с которыми сталкиваются люди, помогающие диким животным в трудной ситуации.
В чём состоит миссия проекта «Дом Тигра»? Какие животные сейчас живут в вашем приюте?
Сейчас у нас три льва, восемнадцать тигров, четыре пумы, три рыси и леопард, и все они – с тяжёлой судьбой.

История хосписа началась с тигра Астона, пострадавшего от неправильного обращения в зоопарке. Когда мы начали его пристраивать, то столкнулись с тем, что таких животных никто не хочет брать. Тогда мы задумались об открытии своего приюта.
Нашей целью было помогать старым и травмированным животным. Тем, кто пострадал от браконьеров и не сможет вернуться в дикую природу, или тем, чьи увечья были слишком серьёзны, чтобы их могли принять в зоопарк.
Но проблемы размножения крупных диких животных в неволе и пробелы в законодательстве приводят к тому, что к нам попадают даже молодые и здоровые животные. Мы стараемся всех пристраивать – кто-то, например, нашёл дом в Минском зоопарке. «Дом тигра» следит за их судьбой.
Как обустроилась на новом месте маленькая львица Победа, над которой взял шефство «Газпром»?
Её вывезли новорождённой из Донецка, мать котёнка после операции уже не могла кормить своих детей, так что первые пару месяцев Победу мы выкармливали специальной молочной смесью. Потом её перевели на мясо.

За прошедшие месяцы она уже прилично выросла и продолжает расти буквально по часам! Пока львица жила в доме, её «воспитывал» наш питбультерьер Тор, а потом мы разместили её в одном вольере с ещё двумя спасёнными львятами. Все трое живут дружно, играют друг с другом.

Единственный момент: у Победы обнаружили генетическое заболевание глаз, недоразвитый глазной нерв. Такие заболевания выявляются по мере взросления. В самом начале львицу осматривал офтальмолог, возникали некоторые вопросы, но явной картины не было. В любом случае боли и неудобств это отклонение ей не доставляет: ей не нужно охотиться, добывать себе еду, у неё есть друзья и всё необходимое.
Даже если она совсем перестанет видеть одним глазом, ничего страшного для неё не произойдёт: у нас есть совсем незрячая тигрица, и она прекрасно адаптирована к своему состоянию.

А причина подобных болезней – в бесконтрольном разведении диких животных в России. Все нынешние львы – родственники друг другу. Иногда к нам попадают животные с такими тяжёлыми генетическими заболеваниями, что у Победы по сравнению с ними вообще нет никаких проблем. Пока мы наблюдаем за её здоровьем, при необходимости проведём операцию. Но есть шанс, что зрение удастся полностью восстановить.
С какими проблемами обычно попадают к вам спасённые кошачьи? Можно ли выделить какую-то первопричину этих сложностей?
Есть дальневосточные тигры, ставшие жертвами браконьеров. У одного, Форестера, были повреждены обе передние лапы, поэтому он плохо ходит. А Тигуан получил рану морды. Из-за полученных травм они уже не могли охотиться в естественной среде, поэтому стали выходить в близлежащий населённый пункт.

Местные службы их отловили, и после осмотра признали нерепродуктивными. Однако нам удалось их забрать. Это был целый квест: сначала их доставили в Москву, а потом сюда, в Ленобласть. У некоторых тигров есть проблемы с нервной системой – например, у Динго из-за этого дёрганые движения.
Большая проблема заключается в том, что диких кошек в России заводят частные лица. Но этих животных нельзя содержать в неспециализированных учреждениях, потому что им нужны особый уход и особая безопасность. Возникает перепроизводство таких особей, причём, к сожалению, многие из них – гибриды.
И если дальневосточные тигры внесены в Красную книгу, и жестокое обращение с ними влечёт за собой уголовную ответственность, то гибридных особей закон не защищает. Статья 245 УК «Жестокое обращение с животными» применяется крайне редко, в лучшем случае последуют административные меры. Поэтому мы надеемся, что федеральный закон 498-ФЗ (регулирующий отношения в области обращения с животными в целях их защиты) доработают.
А кто занимается лечением больных животных? С какими учреждениями вы сотрудничаете?
У нас большая команда ветеринарных врачей, мы работаем с московским фондом «Госпиталь дикой природы» – это единственная в России команда, которая уже много лет специализируется на диких животных. Наш приют — филиал госпиталя в Санкт-Петербурге.

Также сотрудничаем с одной из городских ветеринарных клиник. Специалисты приезжают к нам и проводят операции, устраивают мастер-классы и другие мероприятия по повышению квалификации. Для этих целей мы построили на территории отдельное здание – так называемый конференц-зал. Надо отметить, что ветеринария в нашей стране в основном сосредоточена на домашних животных, поэтому во многих случаях мы оказываемся первопроходцами.
Какие, на ваш взгляд, основные проблемы, связанные с лечением диких животных?
Прежде всего – отсутствие специалистов. Все врачи после окончания учёбы практикуются и получают профильный опыт самостоятельно. Недавно прозвучало предложение построить сеть центров реабилитации для травмированных и конфискованных диких животных, и мы входим в рабочую группу.

Одна из наших задач – это как раз готовить специалистов по работе с такими животными: мы проводим мастер-классы, обучаем ветеринарных врачей. В первую очередь в области анестезиологии: вы ведь не подойдёте просто так к тигру и не полезете к нему в пасть, чтобы вылечить зуб. Почти все манипуляции проводятся под наркозом.
Насколько комфортна для диких зверей жизнь в условиях ограниченной свободы, в вольере? Не испытывают ли они нехватки общения с сородичами или интеллектуальной деятельности?
У нас спасённые животные проживают свою лучшую жизнь. Если в природе они живут около десяти лет, то вне природы могут отметить и восемнадцатилетние, и двадцатилетие. Зимой животные находятся в тёплых домиках, где на постоянной основе открыт вход в вольер, поэтому они всегда могут выйти погулять. В вольере у них полная свобода действий.

Летом звери купаются в огромном бассейне, чтобы спасаться от жары. Для «детей» мы стараемся формировать группы, чтобы они могли играть друг с другом.

Кошки постоянно что-то придумывают, спят, едят вместе. Даже одиночки – такие как амурский тигр – начинают испытывать потребность в компании и находят здесь друзей. А чтобы наши питомцы не скучали, мы привозим для них бетонные шары: тигры катают их, как резиновые мячики.
Почему вы решили не делать из вашего проекта мини-зоопарк, доступный для публики?
Мы не организуем посещения приюта именно потому, что не хотели устраивать из него зоопарк.
Эти животные сами выбрали с нами дружить. А многие из них за свою жизнь так настрадались от человеческого внимания, что должны же хоть где-то быть от него избавлены.
Мы здесь постоянно живём, все животные для нас как члены нашей семьи: сами их лечим, кормим, играем с ними. И надо сказать, что при этом ничем не жертвуем, героизмом свою деятельность не считаем: мы все здесь – фанаты своего дела. Вместе – за одну идею и получаем удовольствие от того, что делаем.
Кто помогает вам в вашем непростом деле?
У нас крупный проект, который поддерживают многие люди и компании, но ПАО «Газпром» мы выделяем отдельно. Сейчас помогает нам в решении очень сложной и важной задачи – подключении приюта к газоснабжению.

Благодаря этому повысится безопасность работы и откроются новые возможности: появится новый альтернативный источник тепла, мы сможем позволить себе построить новые здания, чтобы проект развивался и расширялся. Самостоятельно такие средства мы не могли бы выделить, потратили бы много времени и усилий на оформление документов.

Также «Газпром» выступает опекуном львицы Победы, для нас это тоже колоссальная поддержка – мы можем улучшать условия её содержания и качества жизни.
Беседовала Яна Барсова